НовостиМузыкаБлижний Круг
ПУСТОТА

* * *

Время вышло и ушло,
Не оставив ни следа
Ни намёка - ничего.
Пустота.

Время знало, что почём,
Но ушло не рассказав.
Сладкий дым неверных трав
Нас с тобою отвлечёт.

Я уже не тот, что был,
Да и ты уже не та.
За спиною вместо крыл -
Пустота.

На гитаре вместо струн
Паутина, пыль веков.
Я уже давно не юн,
Но и мир не так уж нов.

Вот такие, вот, дела.
Время вышло и ушло.
Всё сгорело, лишь зола
Всё ещё хранит тепло.

Всё сгорело, лишь в душе
Искрой теплится мечта.
Где ещё, а где уже
Пустота...

* * *

Опять война. Опять мне не уснуть.
Опять насквозь промокшая подушка
Мне шепчет каждым пёрышком на ушко:
«Переживём, дотянем как-нибудь».

Опять в груди взрываются стихи,
Свинец осколков в сердце застревает.
И кто сказал: от них не умирают?
А я возьму и сдохну с полстроки -

Не вопреки, но всё-таки назло.
Мне повезло - я до сих пор не спился.
Ушёл в себя, ушёл и возвратился -
Смешное быть поэтом ремесло.

Я сжёг дотла все книги, видит бог -
Не поумнел и даже не согрелся.
Трамвай летит, как цепи сбросив рельсы,
В пернатом царстве наводя переполох.

Опять война, война с самим собой.
Опять струна порвалась на излёте.
Как романтично сдохнуть на восходе -
Такая непростительная боль.

Мы не враги и даже не друзья.
Зачем тебе всё это, я не знаю.
Я на тебе так сладко засыпаю,
Любимая, пуховая моя.

Опять война и мир летит к чертям.
Извечный бой, покой нам только снится.
Слепые сны блуждают по ресницам,
Не зная сами, что забыли там.

Они не знают - мне откуда знать?
Я их не звал. Война - такое дело...
Души ей мало, ей подайте тело,
А сны, они... Ну, в общем, что с них взять?

Прости меня, я больше не поэт -
В моей душе не вызреет ни строчки.
Я вместо слов везде поставлю точки
И пару запятых на весь куплет

Как пару соляных кристаллов в кровь,
Чтоб чересчур уж пресной не казалась.
Добавить страха, надавить на жалость,
Смешать, взболтать и залпом за любовь.

Ещё одна страница позади,
Ещё одна... и нам бы точно крышка…
Мы выжили, день дан как передышка,
Чтоб затянулась рана на груди.

* * *

Вдохновенье необратимо.
Вскрой мне сердце своей улыбкой.
Где ты, девочка-хиросима,
В нереальности злой и зыбкой?

Сделай терпким мое терпенье,
Сделай острой мою надежду.
Я готов стать твоею тенью,
Твоей кожей, твоей одеждой…

Не ищи ни камней подводных
Ни течений – я вот он весь.
Ни на небе ни в преисподней
Мы не встретимся – только здесь,

На земле, где все так нечетко,
Где полынь как любовь горька.
Где ты, глупая ты девчонка,
Неоконченная строка…

* * *
Как твоё имя?
О чём твои сны?
Иней блестит
На ресницах весны.

Падают звёзды
Как падает снег.
Всё, что ты любишь,
Осталось во сне.

Ржавые струны
Звучат невпопад.
Где твоя юность?
Лет триста назад

Вышла, сказав,
Что на десять минут.
Может часы
Слишком быстро идут?

Может быть зеркало
Врёт без стыда,
Юным чертам
Набавляя года?

Может и так –
Почему бы и нет.
Десять минут
Или тысяча лет –

Есть ли различие?
Если и есть,
Как его можно
Увидеть, учесть?

Может и впрямь
Ты права, а я нет.
Время - весьма
Растяжимый предмет.

Тянется, длится,
Но если оно
Лопнет, то будет
Уже не смешно.

Как твоё имя?
О чём твои сны
Гостья чужой
Непонятной страны?

Где твоё сердце?
Ответь не тая.
Знаю, когда-то
Была ты моя.

В прошлой ли жизни?
В иных ли мирах?
Всё ли забыто,
Что ныне лишь прах?

Может ещё
Всё вернётся, и вновь
В юное сердце
Вольётся любовь?

Пей её залпом
До дна, не жалей.
Чем больше выпьешь,
Тем сердце полней.


* * *

Все ангелы давно на небесах.
Здесь, на земле, остались только черти.
Что может быть неотразимей смерти?
Ответа не найти в твоих глазах.

Свобода – это больше, чем любовь,
Но без любви свобода ни к чему.
Сдаюсь любви за право быть в плену,
Чтоб на свободу рваться вновь и вновь.

И пусть я чёрт, пусть выродок, изгой,
Но посмотри вокруг и ты увидишь,
Что если свой Грааль сама не выпьешь,
То выпью я, а может, кто-нибудь другой

За тех, кто не был пойман на лету,
За тех, кто не был сорван на закате.
Я начал в небе, кончу на кровати
В горячечном, безудержном бреду.

Я нарисую небо на стене
На выцветших от времени обоях.
Я нарисую нас с тобой обоих
В его бездонно-звёздной глубине.

Всё песни вздор, но если ты поёшь,
Я забываю всё и обо всех
И различать, где истина, где ложь
Перестаю. Но мой ли это грех?

Я все молитвы знаю нараспев,
Но полем битвы служит мне кровать.
Я в сотый раз отправлюсь воевать,
Поверх брони презерватив надев.

Сто юных неприступных крепостей
Возьму осадой, коль не выйдет штурмом.
Я утону в распутстве беспробудном,
В трясине недодержанных страстей.

Я сам себе и господин и паж.
Мне ночь сестра, а день здесь ни при чём.
И я машу игрушечным мечом,
Похожим на чернильный карандаш.

И строчки льются звонко как вино
Из горлышка бутылки по стаканам.
Я много пью, но не бываю пьяным,
А если и бываю – всё равно

Не вам в мои усталые глаза
Смотреть с утра в похмельном отчужденье
И видеть в них чужие отраженья,
В которых даже утонуть нельзя.

В которых даже…Впрочем, ерунда…
Не придавай особого значенья
Моим словам - слова до отвращенья
Не отражают сути никогда.

Но чтоб я делал? Кем бы был тогда
Без этих сладких маленьких обманов?
Ловил русалок в омуте стаканов,
Любил, как мог, с надеждой, что когда-

Нибудь, в один забытый солнцем час,
Сам попадусь в их ласковые сети.
Здесь, на земле, остались только черти
Да мы с тобой – зови, как хочешь нас...
* * *

В алом отблеске заката,
В пустоцвете янтаря
Те, кем были мы когда-то
Растворились - но не зря.

Те, кем были мы когда-то
Стали ветром и травой.
Мы с тобой не виноваты
В том, что выжили. Постой!

Ну, куда ты в эту осень?
Ну, куда ты в эту смерть?
Если мы друг друга бросим,
То уже не сможем петь.

Если мы друг друга кинем,
Предадим и продадим,
То закончим на осине
Иль с осиновым в груди

Колом. Слышишь звон набата?
Не по нам ли он с тобой?
Те, кем были мы когда-то
Нам отдали эту боль

Вместе с памятью и верой,
С грудой прочей чепухи,
Из которой, я уверен,
И рождаются стихи.

В алом отблеске заката
Все слилось – и жизнь и смерть,
Те, кем были мы когда-то,
Те, кто будет нами впредь

* * *

Они уходят не простившись.
Они приходят без звонка.
В глазах до времени остывших
Гнилушкой светится тоска.

Их голоса неразличимы.
У них одно лицо на всех.
На неприличном слое грима
Свою печать оставил грех.

Её не смыть и не запудрить,
Но им на это наплевать.
Они уйдут, лишь только утро
С ногами влезет на кровать.

Они уйдут, чтоб вновь вернуться
И вновь уйти, и вновь... и вновь...
Ах, как мне хочется проснуться,
Сбежать из столь реальных снов -

Куда-нибудь, куда угодно,
В любую явь, в любую смерть,
Чтоб быть собой, чтоб быть свободным,
Чтобы свободным умереть.

И я не знаю, в чём причина,
И я не знаю, чья вина,
Что оказалась паутина
Рукой умелой сплетена -

Не разорвать, не сбросить путы…
Осталось только наблюдать,
Как тают в воздухе минуты –
Им не в новинку умирать.

Звонок как выстрел… Чёрт, будильник…
Я словно выгорел дотла.
Рассвет дал ночи подзатыльник,
Ночь разревелась и ушла.

Но день уйдёт, она вернётся -
Она вернётся не одна.
Мне ничего не остаётся,
Как снова ждать их у окна.


* * *

Посыпает раны солью
Близорукая печаль.
Только мне уже не больно
И ни капельки не жаль

Только мне уже не страшно
Да и тошно лишь порой.
Это в сущности не важно,
Кто девятый, кто второй.

Струны... руны... руководство
По сложению стихов...
Рукоблудство... стихоплётство ...
Верный признак... вечный зов...

Эти слёзы, эти песни
Видит, слышит ветер лишь.
Хоть подохни, хоть воскресни -
Никого не удивишь.



* * *

Сидела и смотрела,
как будто изучала,
И слушала как будто
не слышала вчера.
Гитара извивалась,
кусалась и рычала,
И кровь стекала с пальцев
на пыльный ворс ковра.

Задумчивые руки
дремали на коленях,
Захваченных небрежно
в ажурный плен чулок.
Огонь плясал в камине
на жертвенных поленьях,
В своём безумном танце
божественно жесток.

В окне как на экране
мелькали кадры фильма,
Что режиссёр Природа
снимает столько лет.
Он никогда не будет
стоять на полке пыльной.
Нет у него начала
и окончанья нет.

И в такт мельканью кадров
глаза-хамелеоны
Меняли цвет, скрывая
свой истинный окрас.
Гитара извивалась,
рвала аккорд на стоны.
Гитара умирала
под взглядом этих глаз.


* * *

Ты называешь это музыкой,
Я называю это сном.
И пусть мы оба ошибаемся,
Но дело, в общем-то, в другом.

Мы иллюзорные волшебники,
Чьё волшебство, чьё волшебство
Не нужно даже самым маленьким -
Все могут жить и без него.

Давай объединим усилия
И мир вверх дном перевернём..
Во сне услышав эту музыку,
Уже никто сможет днём
Её забыть.
И значит так
Тому и быть.

* * *

Не тешь себя иллюзией, не надо,
А то возьмет и сбудется - назло.
Гори, дыми, чади, моя лампада -
Мне от тебя ни жарко ни светло.

Я продал душу всем, кому попало,
Ты от меня ушла недалеко.
Нас молоком поил рассвет,
Нас ночь в крови купала –
И это больше не секрет,
Чья кровь, чье молоко…

Не говори, что все еще вернется –
Мне возвращаться в лом, да и куда?
Туда, где только пыль на дне колодцев
И мертвые, в руинах, города?

Там нет живых, там только наши тени -
Там нас не ждут и никого не ждут.
Там лишь зыбучие пески
Надежд и сновидений,
Что были сказочно близки…
Лишь несколько минут,

Лишь несколько шагов, и мне казалось,
Что будет все иначе, чем всегда.
Но что-то в жизни лопнуло, сломалось…
Прости, я больше не хочу туда.

Напиток слез, безумия и боли
Из чаши жизни вылакав до дна,
В смешном сценарии судьбы
вслепую выбрав роли,
Мы, до последнего, увы,
Не знали имена

Друг друга, и тем более сюжета
Не дергали божественную нить.
Мы думали все время не об этом,
И в этом больше некого винить.

Пути Господни неисповедимы -
Привет Калипсо, я твой Одиссей.
Все повторяется опять,
И этой паутины
Нам никогда не разорвать,
И стоит ли.. При всей

Моей любви к различным недомолвкам,
Так хочется какого-то конца.
И бог с небес на нас взирает волком,
Что не ему мы отдали сердца.

А нам плевать, мы вытащили пули -
Осталась пара шрамов и прорех
В телах и душах. Все-таки вернулись…
Какой ошеломительный успех…

* * *

Мы попали в эту сеть.
Нам её не разорвать.
Трахни собственную смерть
И научишься не спать.

И научишься смотреть
Не поверхностно, а вглубь.
Трахни собственную смерть.
Трахни свой остывший труп.

Трахни собственное я,
Эго в сперме утопи -
На матрасе бытия,
Где надежды как клопы

Выпивают кровь до дна,
Оставляя только сны.
Полногрудая луна
Не дотерпит до весны,

Опрокинет на кровать,
И храни тебя господь.
А душа? А ей плевать
На поверженную плоть.

Ветер пахнет миндалём.
Мы, наверное, умрём.

* * *

Мой дом без крыши и без дна.
Я в нём живу уже давно.
И я давно сбежал бы, но
Я не могу найти окна,

Чтоб подойти и сделать вдох,
Чтоб сделать шаг ко всем чертям.
Должно же быть хоть что-то там,
На что здесь поскупился бог.

Мой дом - мой мир – моя тюрьма,
И стены – верные стражи.
А мне так хочется пожить
Или хоть выжить из ума.

А мне так хочется сбежать
Из этих стен, из этих шкур.
На четверть такта – перекур,
И снова струны задрожат.

И снова выпадет роса
На листья сорванных ресниц,
И ноты, словно стая птиц,
В седьмые взмоют небеса.

И будет всё как в первый раз,
А может быть, в последний, но
Мне абсолютно всё равно,
Какую смерть принять сейчас.

У них у всех одно лицо
На первый взгляд. А во второй
Взглянуть решится лишь герой.
Крутись, Сансары колесо!

* * *

Все кресты стоят по росту,
Мой же – наперекосяк.
Всё, на первый взгляд, так просто.
На второй – уже не так.

А на третий… Что на третий?
Если страшно – не смотри,
Как красиво на рассвете
Умирают фонари.

Слишком поздно, слишком поздно –
Не успеть, не наверстать.
В грязь попадали все звёзды,
Потеряв былую стать.

Только мне уже не жалко
Их померкшей красоты.
Арка с видом на Ремарка
И кресты, кресты, кресты…

Нет числа и нет ответа,
Смерть Адаму без ребра…
Одноразовое лето
Из помойного ведра

Пахнет сыростью и смертью,
Разлагаясь на глазах.
Только вы глазам не верьте -
В них хозяйничает страх.

Он зашел однажды в гости
И остался навсегда,
А о том, что было после,
Нам не скажут никогда.

Пусть луна с небес косится -
Знает, сволочь, в чем секрет.
Пляшут искры на ресницах -
Я вернусь, когда рассвет

Упадёт на дно погоста,
Не с разбега - просто так.
Все кресты стоят по росту,
Мой же – наперекосяк.


* * *

Время дрожит огоньком сигареты,
Кем-то прикуренной прямо от звёзд.
Время дрожит, но не гаснет при этом -
Времени вечность попала под хвост.

Время кончается, время кончает...
Время качается музыке в такт.
Время не знает о чём, но скучает.
Что-то со временем явно не так.

Стрелки то мчатся как кони по кругу,
То замирают как тени в углах.
Бедные, как им приходится туго -
Денно и нощно стоять на часах.

Кто я? Откуда я знаю об этом?
Я и не знаю, я чувствую. Я
Мог бы стать магом, но стал лишь поэтом -
Камешком, ждущим косу бытия.

Камень о сталь - брызнут искры и слёзы.
Что прорастёт, что родится из них?
Пара вселенных? Три алые розы?
Пригоршня песен в ладонях моих?

Время не знает, а я и подавно -
Так интересней, когда наугад,
Если не знаешь, где ложь, а где правда,
Бог твой отец или чёрт тебе брат.

Так интресней, когда без оглядки.
Так интересней, когда напрямик.
Верь мне, и всё будет в полном порядке.
Верь мне, мой маленький звонкий родник.

Я никогда никому не позволю,
Даже себе, замутить твой поток.
Так интересней - из воли на волю,
Как по струне электрический ток.

Так интересней - из песни да в песню.
Так интересней - в любовь из любви.
Так интереснее...
Так
интересней
Жить и любить.
Так люби и живи!



ссылка 0
поделиться